Протоколы содомских мудрецов

Малина «Сорок сороков» расцвела чёрным цветом.

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

     Об арабских племенах есть пророчество (Быт. 16:12) в Библии «Он (Измаил) будет между людьми как дикий осёл, руки его на всех и руки всех на него».

В средние века вне Аравии арабы занимали более 100 престолов и этот народ никогда не был покорён, хотя разместился на гигантской территории от Африки до Индонезии, при этом всегда находясь во вражде со всеми, а особенно с близкими и родными. Принятый Ислам, только в суннизме имеет более сотни основных толкований, не говоря уже о шиизме. Сам халифат развалился на Абессидов, Омейядов, Фатимидов и в каждом из них находилось 40 беев, что правили 40 областями и воевали все со всеми. Когда пришли турки-сельджуки, они тоже организовали султанат 40 беев – отсюда сказка 1001 ночи «Али-баба и сорок разбойников». Ислам провозгласил равенство всех перед Богом, что означает и равенство всех людей. Правовые нормы шариата запрещали закрепление крестьян к земле, считая их лично свободными, не только правоверных, но и всех крестьян. Вообще земельные налоги были небольшими. Судебная власть Кади вполне могла отрешить от престола любого султана. Лишить крестьянина надела можно было только если участок 3 года не возделывался. Богатый человек должен был раздавать 1/40 часть всего своего имущества, что исключало рост его богатства. В отличие от правоверных христиане платили душевную подать – джизью, но зато не служили в армии и в целом были богаче мусульман (в Испании мусульмане уже под игом христиан были неизмеримо богаче христиан, что привело к зависти и изгнанию). Но жизнь по нормам христианства или ислама вообще противоречила самой греховной природе человека, были праведники, что исполняли, но в целом… любой правитель как бы раздваивался на день и ночь – днём он вершил правосудие, а ночью беспредел. Беи – правители являлись ночными волками, а днём пасли стадо – паству с мирными собаками. Стремление арабов к свободе сильно сдерживало лицемерие волков-пастухов, заставляло вести себя прилично, но в целом во власти сатана правит бал почти всегда. Само законодательство находит офшорные лазейки. Но каждый бей нуждается в своём кади, как князь в своём епископе. Власть не имеет иной религии кроме себя самой, ей чужды любви законы и ограничения – конституции, она понимает только те законы, которые касаются подданных, права и свободы граждан не могут быть использованы против самой власти – 40 беев они же 40 разбойников, ночных пастухов складывают в пещере награбленное, работают на злых духов-демонов, шайтанов, в образе обольстительных гурий и получат суд по той мере, какой сами мерили. Но ктиторы православных монастырей имели право и на доходы этого монастыря, а ещё не платили налоги, да и сам монастырь не выходил из владения семьи – переходил по наследству, так и в исламе делающий пожертвование духовным властям сохранял право на часть доходов и это называлось вакуф. Иван Грозный правит террором, ссылаясь на священство своей власти – страх приходит не когда казнят виновных, а когда смерть падает на невинных – тут боятся все – работает беспредел. Пётр I пишет закон, урода, который сам себя воспроизводил. Крестьян отдают в полную собственность помещика – такого рабства не было никогда. Если в Вавилоне Хаммурапи рабовладелец убивал раба, то казни подлежал старший сын рабовладельца. В исламе раб принявший ислам подлежал освобождению, рабы второго поколения освобождались. В Риме существовало бесчеловечное рабство, но его переняли из Карфагена (в т.ч. распятия на кресте). При Петре I сжигали раскольников в срубах. Россия никогда не имела железа своего, а покупала или в Орде, или в Швеции. Только в XVII веке стали плавить через голландских и саксонских мастеров, а в XVIII стали вывозить из России. Крестьяне были объявлены рабами заводчиков, а воинские команды ловили инородцев, башкир, привозили на заводы Урала, объявляли православными, а потому побег с завода это уже по закону измена православию, возврат в ислам или шаманизм, а это приговор – сожжение… живьём. Никакие жалобы православных на рабовладельцев не принимались. Сталин воспроизвёл систему террора 40 беев из сказки 1001 ночь Шехиризады – днём суд, честный и открытый, вроде как конституция, а ночью беспредел – чёрные воронки забирают ни за что. А вообще-то дня нет, он условен – когда в Москве утро, в Приморье вечер, а на Колыме ночь, но вообще ночь над всей страной. Когда говорят что расстреляли всего около миллиарда человек (а была скрытая форма расстрела «без права переписки») забывают сказать, что расстреляны были случайные, невинные люди в качестве наглядной агитации для наведения «порядка», но вообще-то была расстреляна страхом почти вся страна – когда случилось нападение немцев в 1941 командиры несравненно более сильной советской армии были буквально парализованы страхом перед чекистами и комиссарами, понимая, что любое действие, приказ можно трактовать как измену, а потому ничего не делали. СССР был превращён в зону охоты за предателями, изменниками родины – чекисты охотились на людей как средство получения наград и званий, при этом сами тряслись от страха ещё больше всех. Люди, превращённые тов. Сталиным в металл – гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей, как идеал его часового механизма – винтики, гаечки, оказались неживыми, они были убиты террором ещё до войны. «Сорок» - сакральное число, мера счёта арабов и турок вошло в русский вместе с ямом (почтовой станцией), дорогой – чиновником монгольской империи, данью – мера зерновых – 103 литра, сорок соболиных шкурок или чернобурок – высшая мера ценностей в деньгах – перешли и на святость – про «Сорок сороков» в Москве говорили ещё тогда, когда и по всей России столько не отыщешь, да и Русь появилась только с присоединением Смоленска в XVI-XVII века, а до этого Московия – малонаселённая тайга, а вот «Сорок сороков» беев-янычар («ени чари» - новое войско) опричников было всегда. Москва была наследницей Византии не по Софье Палеолог (седелка вода на киселе), а по духу лицемерия, с ссылками на Бога, свою святость и именно поэтому стала империей «Сорока сороков» не церковь, а разбойники, не молитвы, а беспредел страданий толкают народ в Царство Небесное – что скажет он у Бога на пороге – мёрз, голодал, работал, молился, болел, лукавил – мы получаем то, что нам и нужно, потому что любимы Господом. Это у Али-Бабы 40 разбойников и 1001 ночь, а на «Сорок сороков», ОПГ, малина и дней нет – одна ночь – широка страна моя родная, много в ней часовых поясов – над Британской империей никогда не заходит солнце, а над нашей не кончается ночь – если не взлетел – значит сел, что ни приговор, то расстрел, сума, тюрьма, Колыма, птицы в клетке, а воле вороньё – чёрные опричники на вороных конях-мерсах в волчьих шапках, думают в прикиде, чёрные кобели, что отмылись, стали белые, пушистые и кудрявые, но мы-то знаем, что белое, это чёрное, это они днём белые кобели, а ночью чёрные волки, только вот дня на Руси нет, а потому и днём кобели чёрные.

 

Дмитриев М.

 


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика