Протоколы содомских мудрецов

Выборы как спецоперация «Трест-2» (чека начеку) – монархия Новораши.

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

   Монархия не может быть выборной – она падает с неба как астероид из космоса, из чёрной дыры, из преисподней на головы правых и виноватых – это мандат, выписанный по грехам тому, кто его достоин, а потому выборы это бунт – им нет места – и кому выбирать?


– тем, кто играет, смотрит сериалы, пьёт спиртовые настойки боярышника, глотает от депрессии таблетки? – они могут только радоваться шоу-ТВ, которое для них устроили маги – это как бы типа того – роли распределены и заучены – патриарх (отец отцов) – вождь народов спрашивает – а правильной ли дорогой идём, товарищи – правильной, отвечает население, которое уже давно никуда не идёт и не хочет – оно катится под гору. Главком вспомнил суровые будни ЧК – культурные поездки в автобусе за грибами, праздники, которые объединяли и сплачивали коллектив – его, как и всех, тогда ещё безусого лейтенанта, командир спрашивал – сколько бутылок водки на человека надо брать? – тяжёлый выбор – в позапрошлый брали 1.5 бутылки – и мало было водки, было мало, в прошлый брали 2 – и что? Двоих потеряли в лесу – долго искали – так и не нашли – они заблудились – холодный и голодный осенний лес стал их могилой – потери списали на происки ЦРУ – слава Америке, которая есть – пришлось писать мыльную оперу – Санта-Барбару – «Юстас» в центр – как они, выполняя задание – доставку особо важного агента в Швецию утонули в подводной лодке, т. е. вызвали огонь на себя, а НАТО забросало их глубинными бомбами – герои должны были всплыть – международный скандал, но они открыли кингстоны и умерли на боевом посту, чтобы не опорочить родную партию и Андропова (а опорочить это очень нелегко) – сыграли всё по сюжету мыльной оперы главреда и вредгада «Всегда начеку», полковника СМЕРШ, автора бессмертного сюжета о 28 панфиловцах, имя которого не время ещё открыть ввиду действий в стране 5-й колонны. На этой операции и сопровождавшей её истерике какой-то шведский капитан даже стал адмиралом (и даже не проставился, мразь конченая как сказал министр культуры), а в музее КГБ в комнате славы появились их портреты – фамилии Молотков и Верёвкин известны теперь каждому курсанту (сколь верёвочке не виться, молотку не достучать – секретная поэма о подвиге сакрального рядового тов. Сталина, А. Проханова о том, как они допели яблочко-песню до конца) – Пускай им общим памятником будет построенный в боях социализм. И вот опять выборы – 2 или 3 бутылки? – рейд по тылам врага – я в осеннем лесу пил берёзовый сок. Нач. отдела, что курировал – управлял (в смысле возглавлял диссидентское движение в Ленинграде, (в будущем великий демократ, генерал КГБ и ЦРУ, апостол самого Анатолия Собчака Олег К. – не пришло время назвать его фамилию) принял единственно правильное командирское решение – 3…3 бутылки, товарищи – вздох облегчения прокатился среди коллегии счастливых выборщиков – чекистов, лица стали радостными – все ощущали хруст солёных рыжиков и огурцов, запах ветчины и салями, горячие пельмени и шашлык, пиво (без водки – деньги на ветер, но приказ… - лейтенанты вытянулись по струнке, полковники убрали животы – автобус не покидать – великий демократ (в будущем) и генерал (в настоящем) вспомнил о стоящем на приколе крейсере «Аврора». За грибами поехали, но автобус опломбировали в спецотделе – волк не может за флажки, а чекист за пломбу – потери были – один полковник, довольно молодой, погнался за юным лейтенантом – соревновался кто больше водки выпьет – это он по жадности, а то быть ему сейчас олигархами – должен понимать – уже не мальчик – стрессы, возраст – в результате инфаркт – героем золотой звезды – Авроры он не стал – награждён орденом Красной Звезды (посмертно) на кладбище караул прощально превратил хлеба в камни и бросил в Бога – прицельно пострелял очередями АКМ в небо – Господь и это не приметил – поставили прощальный обелиск с красной звёздочкой: «никто кроме нас». Его убийца, безусый лейтенант, что играл оживлённо радостное настроение и выливал водку под сиденье автобуса, хотел жить – его ждали великие дела – эти первые выборы «2 или3» он намотал на ус – народ всегда скажет 3 и никуда он не поедет – падать всегда проще и приятнее, чем вставать и идти – это классика – опера Мусоргского «Хованщина», когда опытный демагог спрашивает: «народ, ты хочешь жить богато, счастливо и свободно али бедно и несчастно прозябать в рабстве – предполагалось, что стрельцы захотят жить хорошо и пойдут свергать царское правительство – ошибка – народ вообще не хочет выбирать, а хочет только падать – катиться вниз, на дно – да и нет его, дна и крышки – есть только падение в чёрную  дыру преисподней – нобелевская премия по физике 2017 – бездна привлекает, притягивает и зовёт – подмигивает, ведёт диалог – излучает гравитационные волны – никакой барон Мюнхгаузен не может вытянуть за волосы себя из болота, (только «Господи помилуй», но как призвать Того, Кого знать не хочешь и просить о милости, не проявившим милость). Этот балаган – симфонию согласия прекрасно подбил Жириновский: каждой бабе по мужику – пусть она его кусает – пьёт свежую кровь, каждому мужику бутылку водки. Бабы это хорошо понимают – царевна Софа обыграла князя Хованского подчистую – она выставила стрельцам бочки с пивом, медовухой и вином – они никуда не пошли, не хотели выбирать, рисковать, а просто перепились. «Тараруй» (пустомеля) – так выборщики – сволочь, вышедшая из народа презрительно обозвали князя Хованского после его казни, что руководил и устроил первые выборы на Руси, и пустили его на рататуй – нарубленный французский салат, разновидность русского оливье. Народ не спрашивают – его ведут вожди, на каждом мясокомбинате есть козёл – вожак, ведущий стадо на убой – некоторые овечки всё понимают, бедные, они плачут, но ничего поделать не могут, потому что все идут, козлы в стаде самые умные – их нельзя ослушаться – старый козёл из всего стада останется жив и отведёт под нож не одно стадо (но так было в проклятом тоталитарном СССР) – слабонервные дамочки могут утереть слёзы платочком и не плакать – в колбасе Новораши мяса нет, только вкусовые добавки – глютамат натрия и карателин – удивительный продукт, получаемый из соломы (ноу-хау), который как губка собирает и удерживает воду в 10 (!) раз больше своего веса – если бы это догнали тупые совки, то общество всеобщего изобилия было создано ещё при Сталине – всё как в английской песенке: «Мало папа виски пил, он бы и по ныне жил».  Народ не выбирает – ему выкатывают бочки с сивухой – пипл хавает и доволен, чтобы растревожить его растревоженную совесть (возможно не все её пропили и продали), надо сослаться: «несть власти, аще не от Бога» - Библия самая любимая книга сатаны – он цитирует её нарезанными цитатками и понятиями, обращенными в ложь. Хованский не дохавал, что выборы — это всегда «здесь и сейчас» и вошел в историю как краснобай и баламут. Дожевал только безусый царевич Петр, потом I – завел потешные войска, всешутейший и всепьянейший «собор», учредил на Руси публичный дом и кабак, потом навязал указом и табак – мальчонка намотал опыт на ус – падать проще и эффективнее – он переиграл царевну Софу вчистую, а потом и стрельцов, собрав всю сволочь и стерву Кукуя – передовой отряд закатников, которых и на Западе терпеть не могли. Старая Русь слиняла – она осталась только в тёмных и невежественных деревнях, где шла церковная служба и при свечах, лучинах читали Псалтирь – одно слово фанатизм и мракобесие. Праздник жизни не оставляет выбора – только ад, только падение – продажные поэты и журналюги назовут это полётом – все видят сатану, как молния падающая с неба в преисподнюю и завораживает свет - молния, ада никто не видит, мотыльки доверчиво летят на наживку во власть – кабак и табак, краденой у императора Павла I служитель света граф Зубов вышиб ему мозги, пьянея вином и блудом опричнина делала выборы – молния, она не живет – она нисходит в темноту небытия – путаны, ночные бабочки летят на свет – огни борделей так заманчиво горят – «из тени в свет перелетая» - формула атаса каббалы и сгорают. Царство баблз – великая эпоха порнократии, век XVIII, монархия всё время устраивала выборы, выкатывая для янычар бочки с вином, убивая императоров и раздавая в рабство крестьян. Канцлер Остерман да фельдмаршал Миних, что вошли в историю как происки проклятого Запада – только они были трезвые на этом празднике жизни и не брали ни взяток, ни даже подарков. Миних отстроил Петербург, покорил Крым и победил степь – орды татар кочевали под Белгородом и Курском и похищали людей – продавали в рабство, взял Данциг, Хотин и Очаков – и за свои труды был награждён 20-летней ссылкой в Пелым – он так скромно оценил свои заслуги – бы я в России, правил, этой страной управляет Бог, а не вся эта сволочь, его скульптура, в отличие от Ивана Грозного попала на памятник 1000-летия Руси. Это он прав, тёмная Русь управлялась церковным приходом, Господом и Божией Матерью – Девой Марией, а светлая падающим Люцифером – варварство рядом с цивилизацией и культурой. Наступало время выборов – час сивухи – это понятно, но «2 или 3»? – Надо было что-то сказать всем этим тупым совкам – как бы короче – хорошо сидим, типа того – быстро едем, сегодня мы как никогда, а завтра гораздо ещё, всё хорошо, прекрасная маркиза – кобыла что? – пустое дело – она с конюшнею сгорела, а в остальном прекрасная маркиза , всё хорошо, всё хорошо, время перемен – прошла зима – настало лето – спасибо Путину за это… Главком скользнул глазами по фоткам предшественников – вот от Ивана Грозного с личной подписью: «Главкому, а сына своего я не убивал» - это понятно совет – вали всё на Запад – ЦРУ, это такой Боливар, что и не такое вынесет, а вот Ленин-Сталин-Брежнев – вспоминается их историческое совещание на Невском об организации выборов – идут Ленин и Сталин, спорят – когда власть брать, выборы проводить, сегодня или завтра – а вот мальчик бежит – «Правда», газета «Правда», купите «Правду» - его и спросили – сегодня рано, а завтра будет поздно, а начинать надо сегодня вечером – постой, мальчик, а зовут-то тебя как? – А зовут меня Леонид Ильич Брежнев – это он правильно надоумил – власть брать немедленно, но хорошие дела днём не делают – только ночью, в темноте, на ощупь, пусть правая рука не знает, что делает левая и только правда – то есть абсолютная ложь – значит 4, 4 бутылки сивухи «правды» - кашу маслом не испортишь. Главком вспомнил о героях, первых жертвах своего режима – Верёвкине (не довязал, не дотянул) и Молоткова (не добил, не допил, не докурил) – вы жертвою пали в борьбе роковой, но наши мёртвые нас не оставят в беде, наши павшие как часовые, украдкой «Газпром» бросил венки в холодное Балтийское море, где шёл неравный бой их маленькой подлодки со всем шведским флотом и НАТО – как много их друзей хороших лежать осталось в темноте – скелеты в шкафу – их памятник – разлетелись клочья бывшего Союза – вот тогда и встали наши у руля, разодранный в боях социализм. Такие разные они легли вместе. Дороги которые выбирают нас – как попадают в КГБ – по-разному – Верёвкин попал из психушки – его дед генерал НКВД – ОГПУ, отец – полковник КГБ, а сын представитель золотой молодёжи учиться не желал, тупой и гордый – он хотел зажигать и прожигать – не поверите во времена ужасного концентрационного режима был дефицит – нельзя было вот просто так зайти в университет и купить диплом – продажные коммуняки не продавались, золотую молодёжь призывали в Советскую Армию – это был позор в семье – 2 года тюрьмы в армии – дед замолвил веское слово, обругал последними словами армию, коммуняк, совков и Советы – внука взяли в КГБ на работу – дымить в курилке и разбирать всякие папки, но было поздно – кадровик не успевал оформлять документы – и отправил откосить в психушку – шепнул: держись, браток и сынок держался, кадровик, бывший полковник СМЕРШ, а ныне закадровый кадр запаса старался как мог – успели, отмазали, золотая молодёжь козырнула в дурдоме свежеотпечатанной ксивой – всех построил, навёл марафет и порядок и ушёл дымить в курилку Большого Дома, поступил заочно в юридический и каждый семестр предъявлял ксиву и справку о невозможности посещать институт в связи с оперативной необходимостью – через 5 лет ему выписали диплом и нацепили погоны лейтенанта. Молотков пришёл в КГБ из горисполкома, он был его председатель – сейчас это мэр – опередил время – взял много и сразу, набрал не по рангу и стали его тянуть и тягать за хищения, но генералы отмазали – была добрая Советская традиция – дела на всех уходящих в КГБ прекращались – пришлось поневоле стать подполковником. Вечная им память, героям, пускай им общим памятником будет… Стоп, а что будет нам памятником? Тонкие губы Главкома зазмеились в знаменитой усмешке – он нашёл ключ предвыборной программы и напевал: «Только в море, только в море. Счастлив может быть «Варяг», тупой и гордый, потому что это тело не достанется врагу», особенно если его нет и не было – ему было что сказать своему народу.

 

Дмитриев М.

 


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика