Протоколы содомских мудрецов

В центре Европы - в логове Дракулы - в миске у батьки...

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

О Саммите старый белорусский партизан сказал, что думал , "Моё дело только патроны подносить" - намекнул, что патронов у него много - живым не сдастся - гранаты тоже есть - это тело не достанется врагу - топайте мол подобру-поздорову - умерил любовь стальной фрау к сладким пирожкам - хоть Александр и большой, но есть нечего - одна кость - и не сахарная - какой-то бетон Сталинского Днепрогэса, и не сладкий - подавишься - потомок заблудившейся в России татарской орды - и патроны не сдаст - фрау погрустнела - вспомнила судьбу фатерлянда в Белоруссии - ни масла - ни сала - одни гробы - ещё хорошо Бандера помогал в Хатыни и везде, где не было партизан.

Лукашенко подготовился к Саммиту как мог - карманы были зашиты - так, что даже мелкий жулик О ланд ничего не стырил - в кулаках батьки были зажаты кастеты - дворец последнего диктатора Европы оцеплен и занят гвардией - в комнатах везде стояли конвойники с карабинами - это было так неожиданно, что буйно-помешанные укропы, бывшие советские коммунисты западлянский козломол вспомнили СССР, вздрогнули и вели себя тихо и прилично, ощупывая под подкладкой спрятанные партбилеты - многие узрели тень отца Гамлета - т. Сталина - вождь привычно вошёл в комнату переговоров - О ланд-Меркель побледнели и вжались в диванчик - вождь помахал им парализованной рукой - они угодливо улыбнулись и дружно встали.

- Ой - въехала Аггели и схватив подвернувшийся под руку бутерброд с ветчиной подала вождю - авось не съест.

- Ай - догнал О ланд - цепким взглядом опытного шныря отыскал бутылку Хванчкары, любимого вождём, подал полный стакан - небось не убьёт.

- Please - вздохнули оба. Сталин, генералиссимус и сакральный часовой рядового журналиста Проханова появился из "Завтра". Батько Лукаш подал вождю захованный наган матроса Железняка. Железняка караул устал. Рулевой улыбнулся седыми усами, еще раз помахал сухой рукой и отошёл к Проханову, который его отозвал - в Москву - в "Завтра". Проханов послал его в Ялту - в Крым.

- Часто он тут? - выдавила Аггела - да всегда, но сейчас уехал в Ялту. Поросенко наотрез отказался его брать - с этой Ялтой и до Колымы недалеко. Вопрос о Крыме отъехал сам - подарим его Сталину - подарим его тов. Сталину - за наше счастливое детство - вспомнила Аггели - у стальной фрау "Хенде Хох" упали руки - чтоб у нас все было и ничего не было - выдохнули Оланд-Поросенко. Конвойники с карабинами зорко и чутко наблюдали, чтобы гости не слямзили ложки, вилки, тарелки - это теперь в Европе сплошь и рядом - болезнь олигархов - клептомания. Батька знал, как базлать с европейской швалью - а то - сами мы не местные - тётенька, дай воды напиться - а то так есть хочется - аж переночевать негде - и бабу привези. И спать ночью не дал - подписывайте бумаги и убирайтесь - в доме перин нет, диванов тоже... Есть патроны, гранаты, АКМ... Лукашенко налил интервентам 2 ведра ячменного кофе и выгнал на мороз - тут вам не Версаль с Потсдамом сидеть по 3 месяца - в Ялту езжайте - к Сталину. На Колыму гости ехать дружно отказались - уж лучше вы к нам. Оккупанты засуетились, зашуршали, все подписали - ни во что, не въезжая и не догоняя и уехали. "А кофе белорусский?" - уел батьку старый журналюга, тонко намекая на белорусскую семгу и груши. "Конечно, наш, ячменный" - не моргнув плюнул ему в лицо последний красный партизан и фашистский коммунист - бедную прессу вырвало прямо на месте ячменным напитком и кофе остался в Минске - в логове Дракулы. Это не Дракула, это даже не чучхэ Ким Ир Сен из Северной Кореи, о таком даже Солженицын в Гулаге не писал - читайте "В круге первом" - плевалась демократия. Это был реванш. Лукашенко помнил, как всего несколько дней назад извращенцы-передасты всей Европы, объединившись с фашистами на переговорах в Мюнхене встретили российскую делегацию Криками "Позор! Позор!", "Покайтесь, ибо приблизился великий Содом". Русские с трудом увертывались от пинков и плевков - это было названо демократической дискуссией - каждая европейская собака укусила или хотя бы плюнула в сторону России, особенно старались старинные российские друзья - болгары, румыны - вся сволочь, и стерва старалась быть святее римского папы и старательно отрабатывала Иудины серебряники в соревновании - кто гавкнет громче. Гавкнуть дали всем, даже шакалам - сцена побивания Вавилонской блудницы камнями. В Минске это не прокатит.

 

Дмитриев М.

 

 

 


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика