Протоколы содомских мудрецов

Николай II и Матильда – а где же дьявол? – В деталях. АнтиИов и новая «Троица»

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

   Что хотел сказать Учитель (Меламед) своим бессмертным произведением (бесы и смерть) – он так любит Николая II, что не хочет пускать его к Христу и смерти на кресте – к вечной жизни, так возлюбил, что готов утопить в культуре – своём дерьме, упокоить в Содоме и Гоморре с Нуриевым – в балете – гареме.

Режиссёр это называет жизнью. Но жизнь не имеет никакого смысла, если она не вечная – живи человек хоть десять тысяч лет. Это пожелание придумали придворные императору Цин Шихуану после того как он объединил весь Китай – после чего, через год он умер, главный псарь при дворе написал наследнику приказ от имени императора покончить с собой, что любящий сын и исполнил, среди потомства псари отыскали какую-то тряпку – назвали императором, после чего занялись сведением счётов между собой – Китай развалился как карточный домик. На могиле Цина выросли лопухи и репейник – так проходит земная слава – пепел и дым Геростратов – и нет в ней никакого смысла. Да, человек смертен, он умрёт, но смерть — это встреча человека с Богом и вся жизнь наша это подготовка к этому последнему смертельному бою за вечную жизнь, а победить смерть можно только с Христом. За свою жизнь мы проигрываем тысячи сражений, но они не имеют никакого смысла по сравнению с главным – можно выиграть всё, можно завоевать мир, но проиграть жизнь, вечность. Победы земной жизни — это лишь мгновения, после чего человек падает и чем выше он прыгнет, тем больнее упадёт. Православный не может быть в жизни успешным – Иоанну Крестителю усекли главу, а он был большим среди всех рождённых жёнами, по взглядам мира все апостолы неудачники – почти все они распяты. Борьба пустоты и богословия, война балета с церковью – Матильда, очень блестящая мишурой. Пустота и царица Александра Фёдоровна, доктор богословия в Кембридже, изучившая лютеранство, англиканство и православие. Власть имущие рождаются не с серебряной ложкой во рту, а с кандалами на руках и ногах – им с этим грузом трудно спастись – они не могут иметь больше, чем последний нищий – нельзя больше съесть, одеть, «обладая» дворцом царь и последний слуга занимают в нём почти равные пространства, а вот их «имеют» все – имущества, вещи, положение, знатность – эти чемоданы, от которых надо отказаться верблюду, чтобы войти в Царство Небесное – пройти сквозь игольное ушко, а ещё перед ними лицемерят, льстят, лгут, развращают. Философия – споры с сатаной – давняя традиция Запада, но вступив в спор с царем лжи, любящий мудрость философ подвергается обольщению и очарованию и сворачивает с прямых путей на кривые дороги лжи, такие тёмные, потаённые и удобные, получается диалог и сотрудничество с дьяволом и уже смело шагает благими намерениями прямо в ад. Манифестом западной культуры является «Фауст» Гёте – это «АнтиИов» (вместо св. Иова) – а святой Николай II в день многострадального Иова родился. На эту тему литераторы написали не менее десятка известных версии, в том числе друзья Гёте, по его кружку «Буря и натиск», что состояли, как и сам Гёте, в масонстве иллюминатов Вейсгаупта (основная мысль, что зло совершает добро, являясь позитивной силой прогресса, т.е. оно допустимо и является необходимостью – в этом вся философия Запада – счастье в пороках).


Мефистофель ведет диалог с Богом (!) и принимает участие в устройстве Фауста – антиИова, который уступает дьяволу сразу, без всяких напастей, бедствий и страданий – ведь дьявол так возлюбил человека, что есть его не хочет, а желает ему служить. Человек не успокоится, пока не обретет Бога, а Мефистофель хочет его успокоить (в нарядных гробах, в кипящем серном озере) через обман, насыщением мишурой, через разврат угробить образ Божий и с Фаустом заключает пари на его душу, если угодит так, что беспокойный Фауст достигнет такого удовлетворения, что пожелает, чтобы время остановилось, то цель достигнута и Фауст идет с дьяволом, ну а нет – к Богу (т.е. Бог не главная цель жизни, а какая-то второстепенная, а основное творчество – блуд – такое «пари» уже кощунство и святотатство).Если жена Иова говорит «похули Бога и умри», то у антиИова это уже «похули Бога и… живи вечно» - так ведь это программа и манифест Новораши. Останови время, наблуди, избеги наказания и не покаявшись уйди к дьяволу - туда, где все так прекрасно. Вот только «прекрасное все» это «ужасное ничего» - ведь у дьявола ничего нет, кроме лжи, - только горькое, ядовитое, зеленое яблоко – символ Нью-Йорка, эппл и гаджитов, игра – примитивный однообразный секс – грабли по лбу, и чтобы быть соблазненным надо зажмурить глаза – не вижу, не слышу, не скажу – отключить голову – а лучше отрезать (гильотина – средство от перхоти). Использовать силы ада для наведения рая на земле, утверждение добра и справедливости через помощь дьявола. У Фауста «пари» как без Бога стать богом (это уже очень страшное – «будете как боги» - обещал дьявол Еве), как стать счастливым привлекая силы ада. Гётэ (или Вейсгаупт?) и гуманизм оправдывают Фауста и по сути выдумывают «новую троицу» - «бог, дьявол и человек» - понятно, что бог их – сатана, т.е. нет предела падения человека в грехе – человек вызывает на соревнование самого дьявола. Ренессанс- «возрождение» - разложение ищет не Бога, а удовлетворение в наслаждении, полный отказ от Креста и Христа. Новое гуманистическое «богословие» новую «троицу» признало, как новый вариант «спасения человека». Остановись мгновение – спасение (погубление) человека в обретении некоей красоты, которую можно обрести без Бога – обретение счастья через цивилизацию, культуру – объявление всего этого духовностью (в страстях и грехах) – побег от Бога в тюрьму, где плачь и скрежет зубовный. Искушение Фауста Мефистофелем в том, что предлагается «счастье» без Бога и это  «счастье» Запад принимает («я богата и одинока, но у меня много хороших друзей – это мои бриллианты») – Бог сотворил мир и удалился – в этом римский папа и католицизм, после чего человек управляется с наследством сам, отказавшись от свободы и подчинив волю сатане, провалившись в преисподнюю, строит в черной дыре как Сизиф стену для отделения от Бога и лишив себя чувств твердит «Бога нет, я – бог» - это называется построение рая через культуру – вечная тема о сделках с дьяволом. Жители страны Гадаринской (Европы) попросили Христа удалиться, ибо уже обрели бога – это были свиньи, а Христос не должен мешать им возвращаться обратно в свиней – своих богов, они счастливы без Бога со своими идолами, которых себе сотворили – это комфорт, балет, культура и цивилизация. Сатане не нужны войны, революции, где человек терзает душу, но и приобретает страдания, т.к. невольный крест и познание Бога – ведь Бог на кресте рядом – призови и спасен будешь, а нужны далекие пути без Бога – блуд без страданий, выращивание особой породы свиней, которые обретут бога в дьяволе и их утопление в Содоме с Гоморрой – путь через эволюцию к похотливой обезьяне с компьютером, довольную своим рабством и своей смертью, т.е. крайняя нравственная деградация – жизнь на земле без боли в эгоизме, похотях и довольстве. А жаль, что святой Николай II пошел с Богом, надо бы с дьяволом – что он нашел в этом Иове, надо бы с Фаустом – вздыхает Учитель – ведь дьявол избавляет от Бога. Заключив сделку с дьяволом человек попадает в ад непременно – ведь сатана входит в сердце и ад внутри нельзя залить ни славой, ни развратом, ни богатством, отныне вся жизнь – ад, горящее серное озеро внутри. Злая ирония «пари» - «время остановись» - в том, что грешник будет повторять это всегда, потому что завтра он будет всегда жить лучше, чем послезавтра, ибо время немилосердный Судья сокращается как шагреневая кожа и ужас перед грядущей расплатой заполняет всю жизнь грешника. Время остановись – у Престола Божия времени нет, время — это творение для бренного мира, который нельзя спасти спасателям, ибо он обречен грехом – семя тли в нем есть, т.е. Фауст заключает договор о продаже своего времени (а через него и вечности) на дым славы, гордость, грехи и он эти грехи умножает – заливает огонь ненасытного ада в своем сердце бензином. Договор с дьяволом не имеет силы – человек принадлежит своему Творцу – а значит не может ни губить свою душу, ни убивать свое тело. В наслаждениях грешник может «остановить мгновение» не потому, что ему хорошо, а потому, что мгновение ужасно – он падает камнем в ад и молит задержать себя в падении – увлечение грехом может только отвлечь от ужасного состояния пребывания в аду, а для этого нужно еще и выключить разум – его мечтания, чтобы полночь никогда не наступала, чтобы время остановилось. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца – к этому дьявол ведет грешника – похули Бога и умри – другой программы нет. Помешанный на мести грешник и о Боге судит как о себе и не может представить, что может быть помилован, а ведь и нужно всего-то простить всем их малые долги и покаяться перед Господом, но для этого надо отказаться от новой «троицы» - «бог(сатана), дьявол и я» (от противления Богу, лжи дьявола и своей злой греховной воли), а это не легко.

 

Дмитриев М.

 


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика