Протоколы содомских мудрецов

Неохристиане в ожидании пришествия Христа. Православие как проект.

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Неохристианство очень древнее, оно появилось с преступлением закона и заповедей и звалось иначе. Столкнувшись в битве с христианством, оно предпочло не рекламировать свои идеи («ешь сегодня, ибо завтра умрёшь», «наблуди здесь и сейчас, ибо завтра не успеешь», «спрыгни в ад первым»), ибо идеи были в безыдейности.

 «Сказал безумный в сердце своём – нет Бога». Безумец был достаточно умён, чтобы не лезть на рожон и нарываться на побиение камнями за богохульство, он изобрёл игру в христианство и очень скоро они стали лучшими христианами и заняли в Церкви и Царстве самые почётные места. Мир придумал и полюбил своего Христа и своих вождей слепых, и ждал пришествия, когда удовлетворятся желания каждого – потекут молочные реки с медовыми берегами и пряниками, и каждый игроман получит свою игру, а наркоман свою дозу. Умирать они не собираются – эта странная мысль просто не приходит им в голову – они идут от победы к победе через преступления, которые называют законом, передёргивают заповеди и бестрепетно оперируют словами. Между тем как жизнь христиан – это непрерывные гонения и поражения, разочарования и подготовка к последней битве со смертью. Умерев достойно, они получают венец и победу. Новые христиане, верующие в Христа, грядущего в славе сего мира, непременно подчёркивают, что верят в сына человеческого (т.е. «греха и погибели») и толерантны к греху, отстаивают права всех на скотство и так любят людей (дальних, а ближних ненавидят), которых не считают грешными, ибо человек свят, что готовы соблудить с каждым (и убить его) – настолько они возлюбили всех. Они любят грехи, ибо для них это и есть любовь и особенно капитализацию грехов – игру, и хотят убедить Бога от вмешательства в их личную жизнь, и готовы убить Господа, если будут помехи в реализации их скотства . Промысел Божий они понимают только как историю славы – прославление человека без его наказания, а как прогресс – эволюция выведения особо хитрой и злой обезьяны, а потому вся история светлая и должна быть в строю – прославлять бытие, которое определяет всё, без всякой бренности и смерти. Возлюби грех всем сердцем своим. Преступление Адама и Евы для них целесообразность, начало славного пути, прогресс. Преступление – это слава сего мира и мера всего – это инновация – поиски решения – это эволюция. Вся история – это гимн этой славе – людям сильным, ловким, умным, легко проливающим кровь, пытливо разрезающих тела живых и усопших, то исследуя систему кровообращения, то взрывая динамит – они бестрепетно уничтожают живую природу, а свой бунт против Бога считают служением и равноправным сотрудничеством. История – только слава и позитив, спасение душ через обретение земли – св. Русь и св. Вавилон – кто более свят – у кого больше всего: земли, батальонов, ресурсов. Между тем как св. Писание представляет историю Израиля, как цепь непрерывных поражений и духовный рост, жизнь между молотом и наковальней. На истории неохристи

 

 

 

ане не учатся, а делают её на потребу сегодняшнего дня – ищут в ней оправдание своего блуждания и будущих ошибок, а богословие делают служанкой философии и политики. Историю изобретают, делают актуальной, ищут в ней смысл на потребу сегодняшнего дня. Прежние ошибки блуда нравятся и их повторяют, проживают заново – покаяния нет, идеи богоборчества не умирают. Историю передёргивают героями, и было бы странно, если бы Россия осталась в стороне от малой Руси, что изобрела Мазепу, Бандеру и Шухевича – героям слава – это основная линия истории, её лейтмотив. Человек хочет идти своим путём к пропасти, ему нужны свои святые сего века: Ленины, Сталины, Рокфеллеры, Ротшильды, Эдисоны; ему нужны св. цари и цадики, которые всё знают наперёд и не ошибаются, сочетание Ванги, Нострадамуса и Наполеона. Критерий святости победа, если бы Гитлер победил, он стал бы святым. Сергий Радонежский свят не своей жизнью и своими посланиями (их-то «любимые» ученики как раз и спрятали, видимо, где-то закопали – чтобы не позорить старца – что-то он уж с князьями не очень – впрочем, его и не слушали), а освобождением Руси от Орды (чего как раз и не было – Орда была уничтожена Божиим Промыслом через Тимура, который хотел её возродить, но его любимый ученик Тохтамыш, которого он где-то выкопал, поднял на него руку), Дмитрий Донской свят тем, что разбил Мамая (но Мамай бежал в ходе битвы по причине известий о случившемся в Орде перевороте – битва потеряла смысл, т.к. он стал государственным преступником, и в следующей битве Тохтамыш его добил, но правнук Мамая – Иван Грозный престол в Москве всё-таки получил и даже стал «собирателем» Ордынских земель – Казань, Астрахань, Сибирь. Человек хочет творить историю сам, он отрицает роль Творца. Даже искренние русские патриоты добавляют в Символ Веры веру в мировой заговор и барона Ротшильда. Но вера в Бога исключает веру в Ротшильда – это идолопоклонство. Заговор есть, но его штаб в аду, а Ротшильды – несчастные куклы, марионетки, которые дышат по воле Божией, живут недолго, что-то они, видимо, «хотят», но это не их воля, а их «гениев» - змей, бесов, что шепчут им на ухо, и они тяжело больны и в рабстве. Между тем, святые дороги Богу своими ошибками – они верили, а их предавали; учили, а их не слушали; от их имени говорили и врали – мир их гнал, они сидели по пустынькам – иначе их бы просто прибили (распять – это слишком большая честь). Иоанн Златоуст, Иоанн Дамаскин, Григорий Богослов, Василий Великий, Афанасий Великий – все были гонимы, преданы своими учениками, которых нашли и любили, и в которых ошибались. Каким должен быть святой? – его должны слушаться, у него должно быть много учеников, ему должны служить, он должен иметь авторитет и власть, даже если он где-то скрылся, как Серафим Саровский, к нему должны ездить. Между тем и прославление святых происходит не по их воле, необъяснимым чудесным образом – при жизни Серафим Саровский был совершенно неизвестен, знали о нём в узких маргинальных кругах. Фантазия – мать греха, а вавилонские младенцы, что играют в головах – отцы блуда. Человек хочет святых от антихриста, что играют в лжесвятость – он их и получает. Безмятежное житие – освобождение духа от мятежа, блуда, смирение и терпение – в этом святость. Больший из вас да будет всем рабом – вот узы рабства, которые ведут к свободе. А святость мира сего как раз в мятеже и освобождении, эти святые зовут залить мир кровью (и заливают). Сатана предсказывает, учит и славит своих учеников – тех козлов, что ведут баранов к погибели. Слава мира сего ослепляет, а культ героя Герострата (стратега героев) губит. За победы, давно прошедшие, идут непрерывные битвы. Эти победы легко проиграть потому, что есть соблазн улучшить историю: уменьшить свои потери и увеличить число убитых врагов – немцев, турок – что нам их жалеть. Это давние традиции, свойственные всем – гордость самодержавной России определяла потери в I Мировую в 800 тыс. солдат (на самом деле в десятки раз(!) больше – учёт просто не вёлся – т.к. выплата пенсий не предполагалась – потом эти потери были списаны на гражданскую войну, голод и грипп – «испанку»), гордыня монашеская гордо описала русское войско в 400 тыс. чел. (учитывая предыдущие столкновения и мобилизационный ресурс не более 15 тыс.) – «Что нам татар жалеть, что ли?» Гордыня пишет историю более «красивую». Но когда обсуждают победу, не говорят: «А почему была война?» Войны ведь происходят не из-за Гитлера, Ротшильда или Капитализма, а по причине переполнения грехами, из-за безбожия, преследования церкви. Маска Каина смывается только кровью и слезами. Преступность и порнография 90-х – это был проект лохотрона с целью отвлечения внимания и вовлечения граждан в грехи, чтобы увести их собственность. Нынешние патриотизм и православие – это новый проект, чтобы эту собственность удержать, но элита та же безстыдная, и делает то же, только теперь преступность и порнография двинулись в патриотизм и православие. Сталин и Грозный выгодны и привлекательны для власти своим беззаконием, отсутствием любых гарантий и конституций. Игра продолжается, но не играй, а живи без греха.

Дмитриев М.


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика