Протоколы содомских мудрецов

«Ум, честь и совесть – водка, пулемёт и перегар». Российские архивы перешли под прямое ручное управление президента.

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

С Победой Советской власти грамотность шибко возросла и литература (фантастическая) появилась по обе стороны баррикад. Белые стали писать свою макулатуру – ругать друг друга в сотнях эмигрантских газетах за метлой не следя, а литераторы из ЧК, базар фильтруя, отыскивали весь этот мусор и чутко реагировали на бред.

Вот монархист Мунькин байкает, что за царя-батюшку уже и Дон готов встать, как один – брешет, конечно, но как говорится дыма без огня… Сообщает у них и пулемёты есть – а направьте туда части особого назначения (ЧОН), возьмите заложников и, если не сдадут коноводов и пулемёта, расстреляйте. А это что кадет Пунькин пишет в газете «Рассвет», что население чекистов ненавидит – а это, похоже, - за что нас любить, Советской власти скоро капец – а это мы посмотрим кому – это мы им устроим – крестьяне Поволжья говорит нас ненавидят, это похоже на правду, половина населения от 3-х сезонов голода умерло, понятно живые нас не жалуют, а устройте им шмон по всем закромам – так и все передохнут. А эсер Капутин нарисовывает картину – в Красной армии раздрай – в душе все за Капутина, но боятся пока, но скоро. А хотят за Капутина – пусть будут – посмотрите личные дела, 10% расстреляйте,… пока 10% Зарубежная Церковь поступила бы умно, если бы просто воцерковляла эту эмигрантскую шпану и шваль, а она не молчала – нет. На страницах своей пьесы она писала в ЧК доносы на Российскую Православную Церковь, она ругала во всех средствах советскую власть и тем самым являла для ЧК – о чём думают православные – да всё о том же – о свержении партии – ах так – ну мы им – отсюда и все аресты священников, епископов, расстрелы – оплата так счетов, которые выставили за рубежом, а они выставляли ещё и ещё. Это привело к почти полному истреблению священников, и только опрос населения по анкете – веруешь ли в Бога? – и большинство ответило – да, невзирая на репрессии, заставило отложить на время полное уничтожение духовенства. Во время войны об этой анкете вспомнили – именно это безкомпромиссное «да», а не митрополит ливанских гор (хотя, и он тоже) убедили Сталина отложить штурм небес, если народ против. И вот следователь, обложившись «белой» прессой (а на деле жёлтой макулатурой) ищет в чёрной комнате чёрных кошек, которых там нет – заговор в Красной Армии – далее арест подозрительных – это по анкете, вроде сын помещика с десятью десятинами на болоте, брат священник – это уже понятно – не наш. И первый допрос уже арестованного – с кем дружишь, кого знаешь… Желающий реабилитироваться даёт список – вот друзья – товарищи подтвердят – верен Советской власти, политику партии поддерживает. Это ошибка – далее по законам литературного жанра – это заговор, это список заговорщиков – их надо бить, но сначала спросить их, а кого знают они – и вот они ниточки наверх. Отсюда показания опытного Раковского – это стёб, он никого не сдаёт, он издевается – сейчас с этими листочками носятся св. старцы по пустынькам. «Кто вас нанимал?» - «Уолл-стрит (с них и спрашивайте)». Для чего нанимали – делать революцию (!) – губить Россию (смеётся) – ваши подельники – Ленин (лежит спокойно), Троцкий (бегает встревожено), Зиновьев, Бухарин (уже не дышат) и т.д. Понятно и масоны при делах, но человек так немощен, что ничего то у него не получается «от Меня это было» - все случайное случается по Воле Божьей. Такое в архивах, если процесс важный и показательный. А если обычный? – да что ж их бить, если всё равно расстрел (думает следователь опытный), да какие там показания, если всё равно суда не будет, будет тройка и без подсудимого. Надо просто оформить роман с музой, где у нас Дюма – а вот «Граф Монте-Кристо» - литературная линия ума, а вот Жан-Вальжан – опера, вот Рокамболь – пиши не хочу. Такая вот Карамболь. Иногда эти «протоколы содомских мудрецов» захватывали и литераторы уходили от закрытой литературы – творчество допросов в литературу открытую – в большое плаванье. Вот Ильф и Петров, юмористы, что дегуманизировали представителей чуждых слоёв: дворян, священников в виде, что их «ликвидации» не будила человеческих чувств. Петров пишет: «Я вёл следствие… Дела сразу шли в трибунал… судили просто: «именем революции» (а это расстрел). Ильф своему другу дарит книгу: с подписью: «Майору госбезопасности от сержанта изящной словесности». Вот такой «Золотой телёнок». В этой мясорубке легко можно переперчить или пересолить, не ты сам так твои товарищи донесут, обвинят и ты сам ответишь за других – бумеранг всегда возвращается, мельница мелет, пока не перемелет всех и наиболее дальновидные съезжали в большую литературу – Лев Шейнин и другие. В этом и было безумие Ежова, которого вынужден был остановить Сталин. Прогнав от себя Христа, человек так возненавидит ближних, что уничтожает их и себя. Вымысел – это наркотик, как и власть – недаром для своих произведений Шерлок Холмс нюхал кокаин и пилил на скрипке – прямо ГПУ какое-то – там русские следователи попроще пользовались водкой и перегаром. Ну и пулемёт. Душегубки гестапо – это советское изобретение – наши расстрельные команды сходили с ума – для того и пришлось раскинуть мозгами, немцы менее эмоциональны – приказы не обсуждаются – это работа. Потом, когда режим легализовался, а КГБ ушёл в оппозицию – там мечтали стать буржуями, из их романов ушла кровь и остались сопли. Они по-прежнему хотели переделать этот мир, который считали проклятым (бежать из этого ада в рай). Любимая места чекиста – прийти на работу и обнаружить, что она сгорела и он свободен. Рай – это царство порока, а свобода – это не делать ничего. Они пилили этот сук остервенело как поэты и получили эту свободу – виртуальную реальность – их дети стали наркоманами и алкоголиками, а они, удовлетворив разнузданно-сексуальные фантазии, умерли, не получив ничего – это опять обсчёт, обман, обвес, обмер у сатаны, он всегда так поступает со своими работничками – щедро награждает их адом, который агитирует как рай – обетованное место на века. Общество достатка, открытое общество разрушило мир идеи – борьбы за народное счастье и дало новые миражи ада-рая, который ждал этих опричников-кромешников. Гебисты последних советских времён сиротливо плакали друг другу в жилетки в курилках, что в ЦРУ платят больше и умирали от желания стать капиталистами – пустить весь этот неблагодарный народец в мясорубку, но не в могилу, а на колбасный фарш и умоляли дьявола – «Отец, спаси, тонем, умираем!» Многие умерли натурально от страсти по мерседесу или по табуну секретарш – это советская власть ограничивала совсем. Поэты мечтали утопить СССР и подойдя к карте, искали, где это можно сделать. Это болото КГБ нашло – Афганистан, войдя туда, можно было убедить братьев-мусульман из ОПЕК сбить цены на нефть в интересах борьбы ислама с мировым злом – СССР. Чекистам надоело писать, угождать своими литературными вымыслами руководству, писать за свою виртуальную агентуру малявы. Как и в сталинские времена, литературные ночи ЧК – это бред – они искали то признаки ядерного удара по СССР (доктрина Андронова), что при паритете ядерных сил могло прийти в голову только умалишённому (обычный запойный алкоголик это догнать бы не смог). Каждый день ЧК начинался с подсчёта оставшихся дней до пенсии, выдачи пайковых, шмоточных и жалованья (которое, как и при царе-батюшке, ежемесячно выделывалось 20 числа – весь 19 и 20 век, при всех Николаях и Александрах, а также Генсеках, и звалось «день чекиста» - (ЧК образовалось 20 декабря) – преемственность, нытьём на безденежье и вообще за жизнь. Надо было изобрести себе агентуру (поскольку в неё никто не шёл – только брезгливо отталкивались) и писать за неё донесения (де агент «Сокол» докладывает, что народ за советскую власть). В СССР всё было плановым, в том числе и агенты – за месяц надо было «завербовать» 2-х, т.е. за год 24, за 25 лет службы 600. Неудивительно, что в агентах оказалось всё думающее (и не думающее население СССР), тем более, которое ездило за рубеж – с теми вообще было проще – вызвать на политинформацию, мол «Будь осторожнее, там все шпионы» – «Обязательно буду, с кем встречался?» – «Со Смитом, ругает шефа», отсюда информация: «Смит ругает капитализм, т.е. в целом за СССР» - агент «Бабай» получил 50 рублей. «А кто ещё был в делегации» – «Вот Гавриил Попов» – «Этого, пожалуй, можно и в натуре вербануть, этот подойдёт, но потом засыпет доносами на всех своих коллег, на всю Россию – не разгребёшь – нет уж, Гавриил Харитонович, нам буйных не надо». Что от нас ждёт начальство – то, что хочет узнать Политбюро: что весь советский народ любит партию, не рассказывает никаких анекдотов. Сочувствует Анжеле Девис. Спите спокойно – вербовать мы вас не будем, а оперативное донесение напишем – народ в целом читает «Целину» Брежнева. «Получено 50 руб»(Попов) «А кто это? – Старовойтова – брр… не хотел бы быть её мужем – наверняка дерётся и не готовит – о чём эта дура может написать? – конечно, народ любит Ленина (в гробу он его видел) и Брежнева (в гробу он его ещё не видел), считает, что это одно, только Ленин вроде поживее. Отлично, «получила» - 100 руб., отлично, сейчас возьмём водку и в пельменную – жене скажу, что как обычно – в засаде. Вся демократическая общественность ратовала за свободный доступ и опубликование архивов КГБ, сгоряча даже открыла на один день – захлопнула как ошпаренная. Все перестройщики Гайдары-Чубайсы – все нашли себя там – как, вскипятилась вся тусовка – «это подло, это не мы, это за нас – а вот так…» С той поры они ФСБ зауважали, вспомнили, что они патриоты, архивы открывать нельзя, т.к. это в интересах ЦРУ. ЦРУ… Но пассаран. За тайну пустоты архивов КГБ-ФСБ они были готовы умереть. О литераторах вождь всех времён и народов выразился довольно точно: «Властители дум, инженеры человеческих душ», - это он так о ЧК, о себе сказал. Архивы закрыли и засекретили. В них ничего нет, только бред. Будущие историки, когда всё утихнет, могут найти в них любую теорию заговора, любого епископа можно объявить агентом Ватикана, Гитлера и вождя Мугабе из Зимбабве.

Дмитриев М.


Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика