События

Что происходит с медициной? Часть 3, 4

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Главная проблема медицины состоит в конфликте интересов больных и врачей. Больные хотят быть здоровыми. Но здоровый человек не будет платить деньги врачам. Поэтому врачи в первую очередь не заинтересованы в здоровье населения...

 

Что происходит с медициной: протокол вскрытия – 3

Это логическое продолжение серии аналитических заметок. Сегодняшняя заметка обещает быть ещё более дискуссионной, она посвящена следующему вопросу: Каковы препятствия для развития медицины?

Отправившись на поиски кащеевой иглы, я обнаружил ... трёхглавого змея.

Прогнозировать развитие медицины невозможно как из позиции простого пользователя, так и из позиции простого врача. Чтобы видеть причинно-следственные связи, нужно знать изнутри «кухню» медицинской идеологии – того, откуда берутся и как внедряются новые направления и подходы. Требуется представлять, как они соотносятся с нуждами и нерешёнными проблемами медицины (и знать эти проблемы), как оценивать перспективность того или иного метода (т.е. знать принципы доказательности). Очень о многом можно понять из истории медицины и отношений между «мейнстримом» и «неофициальными» методами. Так уж сложилось, что образование и опыт работы позволяют мне достаточно хорошо ориентироваться во всех перечисленных вопросах.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Об авторе можно прочитать в первой заметке.

Я строю повествование из ответов на ряд ключевых вопросов (ответы на первые три – также в первой заметке):

1. В чём же заключаются нужды и нерешённые проблемы медицины?

2. В чём заключаются успехи медицины за последние 50-100 лет?

3. Каковы реальные перспективы «наиболее перспективных» направлений в «медицине 21 века»?

4. Каковы препятствия для развития медицины?

5. Куда развиваться медицине в 21 веке с учётом социального, экономического и научно-технологического контекста?

Стараюсь адаптировать текст к уровню «квалифицированного пользователя» – т.е. человека, обладающего здравым смыслом, но не отягощённого многими стереотипами профессионалов. Сразу оговорюсь, что будет много спорных суждений и уходов за пределы медицинского мэйнстрима.

Итак, сегодня поговорим о том, что мешает развитию медицины как отрасли, цель которой – сохранение и восстановление здоровья человека. В ответе на этот вопрос я вижу несколько «слоёв» проблем:

– на уровне организации и экономики системы здравоохранения;

– на уровне преобладающих научных концепций, теорий, моделей;

– на уровне мировоззрения профессионального и экспертного сообщества.

Разберёмся по порядку.

1. На уровне организации и экономики в систему здравоохранения заложен конфликт долгосрочных экономических интересов игроков – прежде всего, игроков, определяющих политику в области здравоохранения. В чём заключается конфликт? Всё лежит на поверхности, достаточно сравнить декларированные цели медицины с целями фармацевтических компаний и реальными задачами профессионалов в области медицины.

Цель медицины – это сохранение и укрепление здоровья (по определению ВОЗ, физического, душевного/психического и социального благополучия людей).

Цель фармацевтических компаний, как коммерческих предприятий, – получение прибыли.

С врачами и другими профессионалами сложнее. С одной стороны, они могут быть искренне преданы «высоким идеалам», но с точки зрения экономических интересов, доход врачей пропорционален числу взаимодействий с пациентами, а не уровню здоровья пациентов. Соответственно, оздоровление населения в долгосрочной перспективе грозит врачам… снижением доходов и даже потерей работы.

С другой стороны, в последние десятилетия в медицине основные концепции, теории, стандарты помощи и образования формируются при непосредственном участии разработчиков и производителей тех инструментов, что используются в медицине – лекарств, новых диагностических и лечебных технологий.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Если посмотреть на бюджеты, расходуемые крупными фарм. компаниями на разработку и продвижение своих препаратов, то они окажутся сопоставимы с бюджетами на науку целых государств и даже регионов. Так, государственные расходы на исследования в сфере здравоохранения в Европе составляют в среднем 0,15% ВВП (источник), что в денежном выражении составляет примерно 25 млрд. долларов.

Теперь посмотрим на возможности фармкомпаний: объём продаж одной только компании Johnson & Johnson превышает 70 млрд. долларов, а совокупный объём продаж двенадцати крупнейших фарм. компаний превышает 500 млрд. долларов.

Учитывая, что на исследования, маркетинг и расходы по управлению эти компании тратят порядка 45% своей выручки (источник), финансовые возможности фармацевтических компаний для продвижения своих препаратов и идеологии десятикратно превышают те средства, которые тратят на медицинские исследования все страны Евросоюза – второго после США по финансовым возможностям региона мира.

Реальные рычаги влияния как на управленческие решения в области здравоохранения, так и на научно-исследовательские организации, учебные заведения, профессиональные ассоциации, врачей, фармацевтов подробно описаны в ряде книг: например,

Marcia Angell «The truth about drug companies: how they deceive us and what to do about it»,

Ben Goldacre «Bad Pharma: How Drug Companies Mislead Doctors and Harm Patients».

Только на лоббирование выгодных им решений в Сенате США фармацевтические компании ежегодно тратят более 100 млн. долларов (источник). Хороший обзор о манипуляциях фармбизнеса в сфере доказательной медицины представлен здесь.

Таким образом, в рамках сложившейся системы здравоохранения управленческие решения на уровне государства, мнение экспертного сообщества, программы образования, стандарты диагностики и лечения формируются под влиянием и в интересах крупнейших игроков – прежде всего, фармацевтических компаний. А, поскольку основной целью фармкомпаний является получение прибыли, то нет ничего удивительного в том, что всё, что происходит в здравоохранении, так или иначе подчинено этой цели.

Каким же именно образом интегрированы интересы «коммерческих игроков» здравоохранения в идеологию медицины? Посмотрим внимательно на этот более долгосрочный уровень влияния на «умы» – прежде всего, умы профессионального сообщества. Это влияние имеет длительное последействие – несколько десятилетий.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

2. Проблема на уровне научных концепций, теорий, моделей.

Краеугольным камнем современной биомедицинской науки является следующий постулат, сформулированный, например, в одном обзоре по фармакологии: «регуляция физиологических процессов сводится к химическим сигналам».

Он повторён многократно в десятках работ, например, в этом обзоре 2014 года: «Клетки нашего организма постоянно получают сигналы от других клеток. Чаще всего эти сигналы – химические».

На мой взгляд, именно этот тезис является главным ложным основанием для всех остальных «общепринятых теорий» в современной биомедицинской науке. Дальнейшее логическое построение восстановить несложно:

1. Вся регуляция в организме обеспечивается преимущественно межмолекулярными (химическими) взаимодействиями – химическими сигналами («преимущественно» – значит, остальными можно пренебречь). В регуляции всех физиологических процессов участвует этап связывания сигнальной молекулы (лиганда) со специфическим рецептором.

2. В развитии любой болезни можно выявить нарушение передачи химического сигнала: либо снижение, либо усиление сигнала.

3. На развитие любой болезни можно повлиять путём усиления химического сигнала (если сигнал ослаблен) или угнетения сигнала (если сигнал усилен). Для этого в организм нужно ввести химический стимулятор (агонист) или блокатор (антагонист) соответствующего рецептора.

4. Из описанной модели логически следует, что если в организм не ввести значительной дозы химического (или биологического) препарата – агониста (стимулятора) или антагониста (блокатора) какого-нибудь рецептора, то никак повлиять на регуляцию в организме, в том числе регуляцию, нарушенную в результате болезни, невозможно.

На изложенной модели строится всё здание современной фармакологии и лекарственного лечения болезней. Эта модель, предложенная в конце 1930-х, определила представления современной физиологии и молекулярной биологии.

Чем же она так выгодна?

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Дело в том, что, если лечить можно только введением в организм химических соединений, то все новые лекарства можно запатентовать – т.е. монополизировать своё положение на рынке и продавать эти лекарства по произвольно высокой цене. На этом построена основная модель получения сверхприбылей крупными фармацевтическими компаниями. После истечения срока действия патентов на рынке появляются копии по цене многократно ниже патентованного «оригинала».

Что же неправильного в описанной модели регуляции в организме?

А вот что. В действительности, химические сигналы составляют лишь небольшую долю межклеточных взаимодействий в организме. Не меньшую, а скорее, гораздо более важную роль играют сигналы физической природы (биофизические). Почему об этом можно утверждать с уверенностью? Приведу три основных аргумента:

(1) структура информации, которой обменивается организм со средой, подобна структуре информации, которой обменивается клетка организма с окружающей её средой;

(2) эффективность обмена информации (энергозатраты, скорость и т.п.) посредством химических сигналов, по сравнению с физическими сигналами, несоизмеримо ниже;

(3) в организме во всех органах и клетках есть структуры и механизмы, обеспечивающие обмен физическими сигналами в ходе регуляции физиологических функций.

Каждый из этих аргументов нуждается в подробном изложении, которое вряд ли уложится не только в рамки данной заметки, но и большого научного обзора. Прямо здесь я попробую пояснить каждый из тезисов с помощью общедоступных аналогий.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

(1) Подобие клетки и организма. По спектру задач, которые ей приходится решать для выживания и функционирования, каждая отдельная клетка организма практически не отличается от целого организма. Этот вопрос детально описал один из основателей системного подхода в биологии американский психолог Джеймс Гриер Миллер; он перечислил и 20 важнейших функциональных подсистем, присутствующих на каждом из семи уровней организации живых систем. Представим себе на секунду, что организм в восприятии сигналов от внешней среды ограничен лишь химическими сигналами: обонянием и вкусом. Вы готовы отказаться от зрения, слуха, осязания, мышечной чувствительности? Вы уверены, что сможете выжить? А чем провинилась клетка, что ей отказывают в способности воспринимать электромагнитные и механические колебания?

(2) Эффективность химических и физических сигналов. Из биофизики хорошо известно, что восприятие физических сигналов основано, прежде всего, на механизмах резонанса – совпадения частоты колебаний сигнала и собственной частоты колебаний приёмника. Так вот, скорость химического взаимодействия и резонансного взаимодействия сравнил британский физиолог Colin McClare в своей статье 1974 года «Резонанс в биоэнергетике». И что же получилось? Время, необходимое для обмена энергией через механизм резонанса относится ко времени, необходимому для химического взаимодействия, примерно как 1 секунда к 30 годам (1:109). И это без учёта времени, необходимого для диффузии – и без учёта времени и энергетических затрат, необходимых для производства молекулы, если речь идёт о веществах, вырабатываемых клеткой. Как вы думаете, какому способу передачи информации будет отдавать предпочтение живая система: быстрому и дешёвому типа широкополосного Интернета или золотым скрижалям, перевозимым верблюдами? Скрижали, наверное, тоже нужны, но их роль очень ограничена.

(3) Структурная организация клетки. В клетке есть уникальные по своей эффективности структуры для восприятия и проведения электромагнитных и механических сигналов. Наиболее изученными из таких сигналов являются биофотоны. Желающие могут ознакомиться с подборкой статей на эту тему. Кстати, по способности проводить биофотоны клеточный скелет (микротрубочки) и соединительные ткани (связки, сухожилия и т.д.) очень похожи на оптоволоконные кабели, поэтому аналогия с широкополосным Интернетом вполне уместна.

Таким образом, о существовании структур и механизмов, обеспечивающих обмен физическими сигналами в ходе регуляции физиологических функций, науке, как минимум, известно. И что дальше? Насколько активно исследуются эти вопросы?

Поиск статей в крупнейшей биомедицинской базе PubMed выдал жалкие 5273 работы на тему «электромагнитные межклеточные взаимодействия» за последние 38 лет (кстати, из кратких обзорных последних статей порекомендую вот эту).

Для сравнения: по теме «взаимодействие лиганда с рецептором» нашлось более 174 тысяч работ, «передача сигнала от рецептора» – 213 тысяч, «рецептор антагонист» – 124 тысячи, и т.д.

Как видно, научные силы и средства, направленные на изучение важнейших механизмов регуляции в организме, в сотни – если не в тысячи – раз меньше, чем на изучение химических сигналов. Более того, если посмотреть на содержание статей, то станет ясно, что эти жалкие крохи, посвящённые нехимическим механизмам, никак не разрабатывают средства влияния на эти механизмы, методы диагностики, лечения или профилактики болезней. Короче, эти работы практически не имеют прикладного значения.

(В действительности и врачи, и биологи до сих пор не имеют ни малейшего понятия о том, какими сигналами передаётся информация в живых организмах. Впервые об этом дал исчерпывающую информацию академик Николай Левашов в совершенно замечательной работе «Сущность и Разум». Получить первое представление об этом можно из 8-й части статьи «Наука не хочет знать. Память – основа Разума». – Ред.).

Итак, мы кратко разобрали, что в основании современной фармакологии и физиологии лежит ложный постулат о ключевой роли химических сигналов в регуляции физиологических функций организма. На систематическое изучение нехимических сигналов – которые, в действительности, играют гораздо более важную роль – направляется не более одной тысячной сил и средств в биомедицинских исследованиях. Соответственно, если какую-то область не исследовать – она так и останется белым пятном. Напрашивается конспирологический вопрос: «Кому это выгодно?» Ответ очевиден: тем игрокам в медицине, кому выгодно получать прибыль от продажи в качестве лекарств патентованных химических соединений.

Наконец, перейдём к последнему, третьему, самому глубокому «слою» проблем, мешающих развитию медицины.

3. На уровне мировоззрения представителей профессионального и экспертного сообщества отсутствует системный подход к человеку, к здоровью и болезням.

Мы уже пару раз обращались к определению ВОЗ: здоровье – это «состояние полного физического, душевного/психического и социального благополучия». Мы говорили, что, как человека нельзя сводить к физическому телу, так и здоровье нельзя сводить к нормальным физиологическим показателям.

Что же происходит в реальной жизни?

В реальной жизни у врачей, научных работников, экспертов присутствует искажение на уровне мировоззрения: человек не воспринимается системно, как один из уровней организации живых систем.

Напомню, основатель системной биологии Дж. Миллер выделяет семь таких уровней: Клетка (Cell), Орган (Organ), Организм (Organism), Группа (Group), Организация (Organization), Общество (Society), Наднациональная система (Supranational System).

Без системного подхода невозможно понять природу человека, включающую физическое начало (организм и более низкие уровни организации), душу – психику (структуры, определяющие взаимодействия между отдельными людьми) и духовное начало (структуры и принципы, определяющие взаимодействие человека с более высокими уровнями организации живых систем).

Изучение человека расчленено на разрозненные и часто противоречащие друг другу отрасли. Так, физическим телом человека занимается биология и медицина. Психикой (душой) – психология, немного психиатрия (раздел медицины), немного философия, немного многочисленные религии, немного эзотерические школы. Процессами в обществе – иерархически более высоком уровне организации человека – занимается социология, немного психология, немного политология, немного экономика...

И представители каждой из отраслей не имеют адекватного представления об остальных: например, социологи и философы не знают биологию, врачи не ориентируются в вопросах духовного развития и т.д. А в итоге, у каждого отдельно взятого эксперта нет и не может быть системного видения процессов и проблем – а значит, нет ключей к поиску решений.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Между тем, принципы функционирования здоровых живых систем на разных уровнях организации едины, эти принципы довольно хорошо описаны, и без учёта их в организации здравоохранения вряд ли возможно достижение декларированных целей здравоохранения.

(Здесь и автор, и корифеи, на которых он ссылается, принципиально заблуждаются. В реальности человек представляет собой неразрывную совокупность т.н. «тонких» тел: эфирного, астрального и 3-х ментальных. И именно эта совокупность называется Душой, Духом, высшим Я,  и прочими красивыми словами. Во время воплощения Души в физическое тело, последнее выращивается по матрице Души и становится частью Человека на некоторое число лет. После естественного отмирания физического тела, Человек остаётся жив, обогащённый новыми качествами и жизненным опытом очередного воплощения… Об этом впервые понятно и открыто написал академик Николай Левашов в своих книгах и статьях. Первые впечатления на эту тему можно получить из небольшой статьи «Наука не хочет знать, Что такое Жизнь». – Ред.).

Не уверен, что вопрос «кому это выгодно?» столь же уместен для ложного мировоззрения, как это уместно в отношении экономики системы здравоохранения и идеологии здравоохранения (ложных научных постулатов). Тем не менее, искажения в экономике и идеологии долго не могут существовать без устойчивых искажений в мировоззрении представителей элиты общества, к которой относится экспертное и бизнес-сообщество.

Каким же мировоззрением замещено целостное понимание человека как живой системы?

Это мировоззрение – индивидуализм, суть которого – в преобладании ценности, значения личности над ценностью, значением общества. С точки зрения живых систем, индивидуализм – это примерно то же, что преобладание ценности отдельной клетки над ценностью всего организма. Звучит абсурдно. Каждая отдельная клетка представляет ценность для организма, однако индивидуализм на уровне клеток грозит гибелью и всему организму, и всем отдельным клеткам. И точно так же индивидуализм, как преобладающее мировоззрение, грозит гибелью и всему обществу, и всем составляющим его людям.

Индивидуализм – это одна из важнейших составляющих современной идеологии либерализма, господствующей в так называемых «экономически развитых» странах и активно внедряемой в России. С точки зрения живых систем, либерализм и индивидуализм – это принципы организации и взаимодействия, наиболее разрушительные для любой живой системы, в том числе для человечества.

На мой взгляд, широкое распространение адекватного мировоззрения представляет угрозу современным властным структурам – прежде всего, на уровне наднациональных корпораций и их бенефициаров. Ведь не секрет, что значительная часть мирового богатства контролируется узким кругом финансовых учреждений (ниже приведён рисунок из статьи), не говоря уже о потребительских товарах (ссылка на пример США).

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Ну вот, и в этой заметке никак не удаётся обойтись без конспирологии – а может, это просто следствие системного подхода?

Подведём итоги и кратко сформулируем, что же мешает развитию медицины? Обещанная Кащеева игла предстаёт в виде трёхголового змея:

1. Прибыль – как истинная цель наиболее могущественных игроков в сфере здравоохранения – плохо совместима с целями самого здравоохранения. Все управленческие решения, мнения экспертов, стандарты образования и медицинской помощи – на всё это несложно влиять, имея в руках гигантские финансовые ресурсы. Так фармбизнес – отрасль, по идее, появившаяся как инструмент медицины – стал полноправным хозяином здравоохранения.

Прибыль, как основная цель, вытесняет из целей деятельности собственно сохранение здоровья. Или резко снижает приоритет здоровья в векторе (иерархическом наборе) целей. И тогда здоровье как цель рассматривается по остаточному принципу – именно это и происходит сейчас, в том числе в России. На уровне людей и организаций эта проблема проявляется как конфликт интересов. В этом и заключается основной экономический фактор, препятствующий развитию медицины (медицины, а не бизнеса на здоровье). Этот фактор самый «плотный», ощутимый – потому и не самый надёжный для бенефициаров: его слишком хорошо видно.

2. При внимательном рассмотрении фундаментальных постулатов сегодняшней биомедицинской науки выявляется любопытный факт. Оказывается, что в идеологическую структуру медицинской науки встроен тормоз, ограничитель, мешающий появлению и развитию таких новых медицинских технологий лечения и диагностики, которые а) трудно монопольно контролировать, б) малоприбыльны и/или в) плохо поддаются монетизации (на которых сложно заработать). Этот тормоз – ложное представление о том, как происходит регуляция в организме.

Краеугольным камнем современной биомедицинской науки является следующий постулат: «регуляцию физиологических процессов можно свести к химическим сигналам». Из него вытекают все представления о механизмах болезней и подходы к их диагностике и лечению. Из постулата следует, что без введения в организм какого-либо химического соединения (источника химического сигнала) повлиять на регуляцию в организме никак не получится.

На самом деле, на химические сигналы вряд ли приходится более 10% регуляции в организме (остальное – сигналы физической природы), но эта тема заслуживает отдельного детального обсуждения.

Основные следствия присутствия этого постулата для бенефициаров: а) возможность монополизировать (патентовать) применение лекарств; б) возможность резко ограничивать финансирование, разработку и распространение конкурирующих методов, «противоречащих научным представлениям»; в) возможность подвергать остракизму тех, кто исследует или и использует «неодобренные» методы.

В результате действия описанного тормоза, резко ограничена эффективность биомедицинских наук: по сути, исследователи ведут поиск не там, где можно найти решение, а там где «разрешено». Этот негласный запрет на изучение биофизических механизмов регуляции продублировано некоторыми идеологическими запретами в физике.

3. Наконец, развитие медицины как важнейшей науки о здоровье невозможно из-за фактического отказа от системного восприятия человека, как триединства физического, социального и духовного начал. Единая система знаний о человеке раздроблена на несвязанные и во многом противоречащие друг другу дисциплины (физиология, психология, социология и т.д.), представители каждой из которых не владеют понятийным аппаратом остальных. Из-за этого ни фундаментальная наука, ни прикладные отрасли не принимают во внимание и не используют принципы живых систем, единые для всех уровней организации человека.

Системное восприятие человека, особенно в среде элит, где принимаются управленческие решения в отношении медицины, заменено на индивидуализм – позицию «каждый за себя», глубоко противоречащую как принципам здоровых живых систем, так и системному пониманию природы человека.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 3

Таким образом, источник проблем в современной медицине имеет вид трёхголового змея:

1. На уровне мировоззрения профессионального и экспертного сообщества: Индивидуализм (и либерализм) как мировоззрение, противоречащее принципам здоровых живых систем и делающее невозможным системное и целостное понимание природы человека.

2. На уровне преобладающих научных концепций, теорий, моделей: на уровне научной идеологии в экспертное сообщество искусственно внедрены ложные представления о том, как происходит регуляция в организме. Эта ложная научная парадигма мешает поиску эффективных решений для проблем медицины и способствует реализации экономических интересов узкой группы ключевых игроков в системе здравоохранения.

3. На уровне организации и экономики системы здравоохранения: следствием описанного мировоззрения является неразрешимый конфликт экономических интересов у ключевых игроков в системе здравоохранения. В результате конфликта, в соответствии с принципами индивидуализма, стремление к получению прибыли (обогащению узкого круга лиц) становится выше пользы для общества в целом. Сохранение конфликта возможно, благодаря сохранению искажённой научной идеологии.

Ну вот, теперь, когда мы выяснили ключевые причины плачевной ситуации, сложившейся в здравоохранении в целом и медицине в частности, пришло время ответа на вопрос «Что делать?» Этому будет посвящена последняя заметка в серии «Что происходит с медициной: протокол вскрытия».

 

Что происходит с медициной? Часть 4

 

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

Главная проблема медицины состоит в конфликте интересов больных и врачей. Больные хотят быть здоровыми. Но здоровый человек не будет платить деньги врачам. Поэтому врачи в первую очередь не заинтересованы в здоровье населения...

 

Что происходит с медициной: протокол вскрытия – 4          

Эта часть «протокола вскрытия» будет посвящена следующему вопросу: Каковы реальные перспективы «наиболее перспективных» направлений в «медицине 21 века»?

Очевидно, что понятие «перспективный» в данном контексте означает «способный решить проблемы» – нерешённые проблемы основных игроков здравоохранения. Напомним, что у потребителей – пациентов и общества в целом – основных проблем три:

1) дорого;

2) неэффективно (не решает проблему);

3) небезопасно.

Свои мнения на тему будущего высказывают представители разных групп «игроков» в области здравоохранения, но чаще всего это 1) эксперты, представляющие государство или иных «плательщиков»; и 2) эксперты, представляющие бизнес-сообщество (компании-разработчики новых лекарств, средств инструментальной диагностики и лечения, новых технологий).

Что происходит с медициной? Часть 4

Мнения пациентов обычно никто не спрашивает, а напрасно: у потребителей есть своё мнение, и оно проявляется через предпочтения тех средств и методов, которые иногда озадачивают представителей официальной медицины. Хорошо, что эти фактические предпочтения большой доли пациентов отражены в стратегических документах Всемирной организации здравоохранения (на английском, на русском). Согласно этому документу, к альтернативным методам лечения прибегают 100 млн. жителей Европы. Гораздо больше людей пользуются альтернативными методами в других регионах мира. Это не значит, что альтернативная медицина однозначно лучше: она, как минимум, доступнее и безопаснее.

Обсуждая «медицину будущего», начнём с восторженного журналистского обзора «7 главных трендов медицины 21 века». Судя по настрою, автор не знаком с мрачной аналитикой по эффективности, расходам и безопасности, процитированной в первой части наших заметок. Тем не менее, автор настаивает на персонализированном подходе к каждому пациенту и использовании огромных массивов «объективных данных». Предложены следующие 7 «главных трендов», каждый из которых мы прокомментируем:

1. Генетическое лечение ранее неизлечимых заболеваний с помощью «безвредных для человека вирусов».

Подавляющее число болезней человека (а для широко распространённых болезней – 100%) имеет множество факторов риска, их наследование носит полигенный характер (зависит от многих генов), а течение болезни сильно зависит от поведенческих факторов. Т.е. по определению этот метод подходит для небольшого числа очень редких болезней. Использование вирусов в качестве векторов является потенциально очень опасной процедурой в связи с непредсказуемым поведением вируса. Ну и вопрос цены остаётся открытым.

2. Ранняя диагностика («диагностика вместо лечения»). Этот подход действенен и экономически оправдан в отношении опасных заболеваний, для которых есть эффективные и безопасные методы лечения. Перечисленное сочетание условий (опасное заболевание, для которого есть эффективное и безопасное лечение) сводит на нет перечень болезней, для которых этот тренд подходит. Важнейшие хронические заболевания в этот перечень не войдут.

3. «Лекарство для одного человека». Тренд не учитывает сегодняшние гигантские расходы на разработку лекарств (>1 млрд. долларов) и многофакторную природу подавляющего большинства болезней. Впрочем, индивидуальный подход к назначению лечения уже есть – во всех так называемых «холистических» методах лечения, рассматривающих человека как единое целое, как минимум физического тела и психики.

4. «Медицинский краудфандинг». Это хорошая идея, но не совсем про медицину. Она также вызывает сомнения, ввиду нереально высоких расходов на разработку новых методов лечения в «официальной» медицине. Кроме того, люди с тяжёлыми хроническими заболеваниями обычно сами едва сводят концы с концами.

5. Повышение роли информационных технологий, доступа к большим массивам данных. Автор забыл о важнейшей роли психосоматических факторов в развитии и прогрессировании большинства хронических болезней. Оценивать их «официальная» медицина умеет плохо, а без этих данных анализ одних лишь физиологических показателей организма недостаточен. Кроме того, диагностика не заменит отсутствие эффективных инструментов для лечения

6. «Медицина как лайфстайл». Невозможно комментировать: из текста невозможно понять, в чём заключается лечебное воздействие.

7. Перекладывание обязанностей по поддержанию и восстановлению здоровья на самого пациента. В этом подходе много разумного: если человека научить простым и эффективным методам профилактики и лечения болезней, то потребность в медицинской помощи сведётся к минимуму.

Вот только в сегодняшней «медицине ремонта» нет предпосылок к этому: слишком неадекватны представления даже большинства врачей о том, что такое здоровье, и как его поддерживать. Официальная медицина не учит врача воспринимать пациента в целом, с учётом не только физических, но и психических процессов – не говоря уже о духовных аспектах здоровья.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

А вот предсказание от Institute for Global Futures по поводу трендов в медицине 21 века:

– Большинство больниц, клиник, травматологических центров, врачей и пациентов будут связаны в единую сеть, обеспечивающую доступ к важнейшей медицинской информации.

– Информация о здоровье потребителей, доступная через множество каналов этой сети, станет наиболее востребованной во всём мире.

– Медицина столкнётся с этической и социальной дилеммой, связанной с раскрытием информации о пациентах.

– Профессионалы в области здравоохранения, доступные через удалённые системы связи, будут предоставлять услуги миллионам людей – тех, у которых раньше не было доступа к этим услугам.

– Медицинские роботы будут обеспечивать пациентов медицинской помощью и помогать врачам во всём мире, экономя деньги и распространяя умения.

– Благодаря совершенным нано-биологическим и генетическим технологиям будут побеждены многие болезни, они ускорят выздоровление и продлят жизнь.

– Пища, созданная с применением биоинженерии, поможет поддержать здоровье и продлить жизнь.

– Новое поколение «умных» лекарств, имплантов и медицинских аппаратов поддержит наше здоровье и улучшит физические и интеллектуальные способности.

– Обучение медицине будет происходить преимущественно в режиме симуляции виртуальной реальности.

– Широко распространятся методы цифровой индивидуальной медицины, которые будут отслеживать, диагностировать, обучать и лечить вне зависимости от местонахождения человека и времени суток.

Предсказания 1-4 построены на прогрессе в сфере информационных технологий и потому вполне реалистичны. А вот пункты 5-8 и 10 уповают на развитие существующих или появление новых медицинских технологий воздействия на физическое тело человека. Как уже не раз говорилось, человек не сводится к физическому телу, а здоровье – к нормальным физиологическим показателям. Так что эти предсказания – не более чем иллюзии, они не опираются на понимание существующих технологий и не учитывают тенденции в медицине за последние 50 лет. П.9, обучение медицине: эта часть прогноза не имеет прямого отношения к решению насущных проблем здравоохранения, но одно можно сказать с уверенностью: без взаимодействия с реальными пациентами врачом стать невозможно.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

После восторженного журналистского опуса и футуристических иллюзий вернёмся к мрачной прозе жизни, описанной в отчёте A report from the Economist Intelligence Unit «The future of healthcare in Europe» («Будущее здравоохранения в Европе»). Напомним, что в качестве основных проблем этот документ указывает 1) несоответствие системы здравоохранения современным реалиям (она не справляется с лечением вала хронических заболеваний); 2) высокая стоимость технологического прогресса; 3) пациенты (да и врачи) приучены не предотвращать болезнь, а искать «a quick fix» – быстрое временное решение.

Будущее здравоохранения формируется семью отдельными, но взаимосвязанными тенденциями:

– Неизбежный дальнейший рост затрат на здравоохранение.

– Изменение структуры здравоохранения, т.к. общественные ресурсы не справляются со спросом.

– Возрастание роли врачей общей практики как координаторов лечения.

– Повышение роли профилактики и здорового образа жизни.

– Повышение доступа государства к информации о здоровье граждан для более эффективного инвестирования средств в проблемные области медицины (признано, что правительства не знают, насколько эффективны текущие финансовые вложения).

– Повышение личной ответственности и участия пациентов за здоровье и выбор способ профилактики и лечения.

– Снижение бюрократического давления и либерализация правил оказания помощи и ведения исследований.

Как видим, среди трендов, в сравнении с предыдущей таблицей, есть только повышение роли профилактики. Ничего не сказано о конкретных новых медицинских технологиях – скорее всего, потому, что ни одна из них пока не соответствует возложенным на неё ожиданиям.

Эксперты рассматривают пять сценариев развития здравоохранения до 2030 года, в зависимости от технологических успехов и направления системных реформ. Авторы признают, что текущие дебаты осложняются тем, что каждый из игроков (таких как страховые компании, врачи, государственная бюрократия) тянет одеяло на себя, мало заботясь об интересах пациентов. Вот эти пять сценариев:

1. Технологический триумф: найдено лечение для хронических заболеваний, внедрена система электронного управления здоровьем и здравоохранением (e-health).

Наиболее оптимистичный, а потому едва ли реалистичный сценарий. Для реализации он требует 1) невиданных успехов новых технологий и лекарств; 2) наличия средств для финансирования этих технологий; 3) политической и экономической стабильности; 4) согласованных действий всех игроков, направленных на общее благо.

В настоящее время отсутствуют предпосылки для реализации каждого из этих факторов – что уж говорить об одновременном выполнении всех условий? Кроме того, сценарий слишком полагается на технологии и не учитывает роль профилактики и других системных решений для хронических болезней.

2. В Европе создаётся единая пан-европейская система здравоохранения. Сценарий подразумевает частичный отказ от суверенитета в части здравоохранения, сокращение числа больниц и медицинского персонала, резкое снижение роли врачей общей практики – всё ради стандартизации помощи и оптимизации расходов.

3. Профилактическая медицина главенствует над лечением больных. Внедрению сценария препятствует конфликт интересов у врачей, представителей биомедицинских наук (будет снижаться их финансирование) и сфер бизнеса, связанного с вредными привычками. Требуется перестройка мировоззрения, установок и приоритетов у многих людей и групп населения, а также большая политическая воля на уровне государств.

Положительные результаты будут значительно отсрочены; возможна стигматизация людей с хроническими заболеваниями.

4. Системы здравоохранения фокусируются на социально незащищённых слоях населения. Идея социальной справедливости и зависимости уровня здоровья от уровня благосостояния может выглядеть как дискриминация остального населения. Здравоохранению будет предложено решать системные проблемы, обусловленные самим социально-экономическим устройством.

5. Приватизация всего здравоохранения, включая финансирование. Такой сценарий «невмешательства» возможен при резком сокращении государственного финансирования здравоохранения. Сценарий окончательно легализует конфликт интересов крупных игроков, преследующих цель получения прибыли. Он приблизит систему здравоохранения в ЕС к системе в США – системе, признаваемой неэффективной в смысле сохранения здоровья, но очень эффективной в смысле прибыли для крупных страховых и фармацевтических компаний.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

Раз уж речь зашла о США, ситуация в этой стране заслуживает особого рассмотрения. США лидирует по уровню расходов на здравоохранение (17,2% ВВП), при этом объективные показатели, отражающие эффективность здравоохранения (ожидаемая продолжительность жизни, число хронических заболеваний и т.п.) далеко не лучшие в мире. Так, по продолжительности жизни США стоят на 50 месте из 221 стран мира и на 27 месте среди 34 индустриально развитых стран. Из 17 стран с высоким уровнем доходов в США одна из самых высоких доля людей с ожирением, заболеваниями сердца и лёгких, число инвалидов, травм, убийств и дорожно-транспортных происшествий, высокий уровень младенческой смертности. Нередко американцы с горечью сравнивают свою систему здравоохранения с кубинской: имея очень близкие статистические показатели по здоровью, Куба достигает их при несопоставимо (в 20 раз) более скромных расходах: $414 в год (Куба) против $8508 (США).

Среди причин, определяющих высокие расходы на медицину в США, аналитики выделяют следующие:

1) завышенные цены на лекарства и услуги врачей;

2) низкая эффективность использования оборудования и учреждений;

3) высокие административные расходы на страхование (в 6 раз выше, чем в других экономически развитых странах);

4) частая замена доступных технологий на более дорогостоящие при минимальном приросте пользы;

5) большое число людей с ожирением;

6) низкая производительность труда из-за того, что доходы привязаны не к результатам (пользе от медицинской помощи), а к объёму оказанной помощи.

Какие выводы можно сделать из анализа ситуации в США?

1. финансовые затраты не являются решающими для преодоления проблем здравоохранения; гораздо более важна правильная организация системы;

2. проблемы здравоохранения не решаются внедрением высоких технологий; напротив, может происходить вымывание более простых, недорогих и экономически эффективных технологий;

3. модель здравоохранения США имеет низкую экономическую эффективность (в смысле улучшения здоровья людей на единицу финансовых вложений); наиболее вероятная причина – максимальный конфликт между интересами игроков и целями медицины.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

Как же аналитики представляют себе основные тренды в здравоохранении США?

Интересный нюанс: речь идёт даже не о здравоохранении, а о бизнесе на здоровье (health industry). В целом, согласно прогнозу, эта отрасль всё больше и больше будет превращаться в рынок, ориентированный на потребителя. Вот основные тренды:

1) Технические решения в области здоровья по принципу «сделай сам» (распространение приспособлений и программ для самостоятельной и удалённой диагностики и мониторинга физиологических показателей).

2) Увеличение числа портативных медицинских приборов.

3) Поиск решений для проблемы раскрытия информации о здоровье.

4) Инновации в сфере дорогостоящей помощи, направленные на сокращение расходов.

5) Повышение требований к доказанной эффективности новых продуктов (лекарств и аппаратов).

6) Облегчение доступа к результатам клинических исследований, обмена опытом между врачами и пациентами, раскрытие информации об отношениях между врачами и фармкомпаниями.

7) Изучение поведения людей, ранее не пользовавшихся медицинским страхованием (последствия реформ в здравоохранении, запущенных Обамой).

8) Повышение роли среднего медицинского персонала и фармацевтов в предоставлении помощи.

9) Учёт приоритетов и представлений нового поколения в сфере здоровья.

10) Поиск бизнесами новых стратегий конкуренции, партнёрство между представителями разных ниш.

Итак, прогноз для здравоохранения в США сильно отличается от аналитики по ЕС: он больше похож на оптимизацию бизнес-процессов, чем на анализ проблем и путей их решения. Кроме того, прогноз для США не учитывает социально-экономического контекста: долговой кризис, мировой кризис доверия к доллару как резервной валюте. А ведь доллар – это основная статья экспорта США, и само благосостояние жителей этой страны основано на возможности обменивать товары и услуги на созданные из воздуха доллары.

Теперь посмотрим на то, как видит тенденции своего развития другой ключевой игрок – сам бизнес: этому посвящён обзор новой бизнес-модели для инновационных компаний («Обладание болезнью: новая трансформационная бизнес модель для здравоохранения»).

Суть модели состоит в следующем: интегрировать в рамках единого коммерческого предложения решение всех задач, связанных с диагностикой и лечением конкретного заболевания. В таком случае, пациент получает весь спектр услуг для решения проблемы со здоровьем от одного поставщика. Эту бизнес-модель медицинские технологические компании планируют позаимствовать у ИТ-бизнеса, у компаний типа Apple и IBM, которые из производителей оборудования превратились в поставщиков интегрированных решений.

Данная модель в значительно большей степени учитывает угрозы экономического кризиса, снижения платёжеспособного спроса и сокращения финансирования. Сегодня, по мнению плательщиков на рынке здравоохранения, инновации должны вести к снижению расходов и улучшению результатов. Также плательщики требуют внедрять персонализированный подход и привязывать оплату к результату, а не к числу проведённых процедур. Всё это возможно лишь за счёт интеграции различных элементов диагностики, лечения и реабилитации в единый процесс, за счёт системного подхода. Лишь при системном подходе можно одновременно повышать результативность и сокращать расходы, действовать в условиях дефицита ресурсов.

Переход к новой модели предусматривает изменение приоритетов:

1) вместо продажи конкретных характеристик – предложить решение; 2) вместо ограниченного видения деталей – широкий системный подход; 3) вместо повышения прибыли за счёт большого объёма – повышать ценность своего предложения. «Обладание болезнью» предусматривает создание инструментов для понимания, отслеживания и влияния на поведение пациентов, для координации действий всех участников процесса, включая медицинский персонал и плательщиков. В этой модели компания должна фокусироваться не на эпизоде предоставления помощи, а на всём комплексе взаимодействия с пациентом: профилактика, сохранение здоровья и благополучия; диагностика; устройства и приборы; средства лечения; процессы реабилитации; сопровождение хронического заболевания; структуры для взаимодействия с пациентом и даже образования.

Чтобы выйти на обладание болезнью, компании должны построить модель, способную обеспечить всеобъемлющее решение проблемы – аналогичное iPhone (сочетание оборудования, операционной системы и коммерческой платформы). В настоящее время ни одна компания не обладает всем спектром решений для какого-либо хронического заболевания. При этом более 80% расходов здравоохранения (в США) приходится именно на хронические заболевания, требующие пожизненного сопровождения. Поэтому компания, которая сможет создать платформу для «обладания болезнью», получит стратегическое преимущество перед конкурентами.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

Описанная бизнес-модель, безусловно, имеет хорошие перспективы – прежде всего, благодаря применению системного подхода, т.е. целостному восприятию хронической болезни как физического, психологического и социального явления. Однако частные примеры того, как эта модель используется фармкомпаниями, не вызывает энтузиазма. Так, компания Sanofi решила «приватизировать» сахарный диабет, оставаясь в рамках старых представлений о механизмах развития этого заболевания – и, соответственно, используя негодные (в смысле сочетания эффективность-безопасность-цена) средства лечения.

Наиболее подходящими для применения модели «обладания» признаются следующие хронические заболевания: нарушения обмена (ожирение, диабет), сердечно-сосудистые заболевания (гипертоническая болезнь, ишемическая болезнь сердца), неврологические заболевания (болезнь Альцгеймера, эпилепсия), болезни дыхательной системы (астма, хронические обструктивные болезни лёгких). Интересно, что зачастую эти болезни развиваются совместно, осложняют друг друга, вызывают другие осложнения: например, ожирение часто сопровождается хроническим поражением суставов (артрозами), большинство из перечисленных заболеваний сопровождается депрессией, и т.д.

В рамках данной модели очень важным активом становится обладание информационными технологиями: этот фактор определяет возможность создавать информационную среду для пациентов и врачей, накапливать и эффективно использовать опыт, через обучение влиять на образ жизни – т.е. в целом повышать качество при снижении затрат.

Таким образом, при внедрении этой модели в странах с либеральной экономикой у бизнеса в области здравоохранения есть неплохие перспективы выжить даже в условиях экономического кризиса. Однако пойдёт ли внедрение новой бизнес-модели на пользу конечным потребителям – пациентам? Это представляется маловероятным, если учесть основную цель бизнеса: получение прибыли. Как показал опыт последних десятилетий, максимальную прибыль можно получать при наличии большого числа людей с хроническими заболеваниями. Сам принцип организации сегодняшнего здравоохранения содержит в себе конфликт интересов между целями здравоохранения и целями важнейших его игроков.

Заключение и выводы

1. Анализ перспективных направлений в медицине должен принимать во внимание существующие актуальные проблемы, доступные инструменты для их решения, а также опыт развития медицины в последние десятилетия.

2. О перспективах рассуждают представители государства и бизнес-сообщества, исходя из своих интересов. Мнение же потребителей отражает их нерешённые проблемы (неэффективно-небезопасно-дорого) и выражается, в конечном итоге, через предпочтение тех или иных доступных (в т.ч. альтернативных) методов.

3. Прогнозы, связанные с использованием информационных технологий в медицине, вполне реалистичны. Однако эти технологии не способны обеспечить качественный скачок в решении основных проблем медицины, т.к. содержательная часть используемой информации определяется неадекватными представлениями о здоровье, как о нормальных физиологических показателях организма.

4. Большинство оптимистических прогнозов, связанных с использованием существующих и появлением новых революционных медицинских технологий (генная терапия, индивидуализированные и «умные» лекарства и т.п.), выдают желаемое за действительное и не учитывают системного характера как болезней человека, так и проблем современной медицины. С учётом контекста (экономический кризис), активное развитие и широкое распространение дорогостоящих технологий представляется маловероятным.

5. Серьёзные системные прогнозы для ЕС большей частью пессимистичны в части новых медицинских технологий и уповают на оптимизацию системы здравоохранения. Общей темой является придание большей роли профилактике и технологиям самостоятельного контроля здоровья.

6. Очень показателен пример США: либеральная модель здравоохранения имеет низкую экономическую эффективность и даже сомнительную пользу для потребителя (вспомним о ятрогенных причинах смертности в США). Финансовые затраты (без которых невозможен технологический прогресс) не являются решающими для преодоления проблем здравоохранения; гораздо важнее правильная организация системы.

7. В условиях либеральной системы здравоохранения (когда здравоохранение = health industry, бизнес на здоровье) бизнес видит перспективной для себя модель «обладания болезнью» («owning the disease»), которая обеспечивает достижение целей бизнеса – получение максимальной прибыли. Однако эта бизнес-модель не устраняет конфликт интересов в здравоохранении, и поэтому едва ли будет полезна для конечных потребителей.

Медицина превращена паразитами в армию убийц. Часть 4

Ну вот, обзор перспективных направлений в медицине 21 века явил крайне противоречивую картину: для основных проблем потребителей и государства (неэффективно-небезопасно-дорого) будущее медицины представляется не в развитии новых медицинских технологий, а в увеличении роли профилактики и в оптимизации самой системы здравоохранения.

Развитие технологий в рамках современной биомедицинской парадигмы (человек=физическое тело, здоровье=нормальные физиологические параметры тела) перспективно и выгодно лишь для разработчиков этих технологий. Ситуацию усугубляет экономический кризис, в условиях которого фактор цены становится на первое место – а значит, под сокращение должны попасть дорогостоящие новые технологии, польза которых ещё не доказана.

У читателя, скорее всего, уже напрашивается резонный вопрос: а что же делать?

Предлагаю отложить ответ на него до последней заметки цикла, потому что мы не разобрали ещё один ключевой вопрос: как сложилась текущая ситуация и что её поддерживает? В русской сказочной традиции: где находится та игла, на конце которой – кащеева смерть?

Рискну предположить, что мне удалось отыскать эту иглу, и её описанию будет посвящена следующая заметка: Каковы препятствия для развития медицины?

Источник


СОБЫТИЯ

Слово в Неделю 7-ю по Пятидесятнице Евангелие об исцелении двух слепых и немого бесноватого — о тайне чуда и веры. Прежде чем...
   За признание Временного правительства в далёком 1917 году о. Дмитрий Ненароков (правильнее его назвать папа Дима (или Архипапа) предал...
«Тайна беззакония» раскрывается не в одних только наших личных грехах, нашем личном отвержении Бога. Существует организованное, государственное противление Богу, которое...
О. Александр призывает православных христиан действовать всеми законными способами против фильма "Матильда".
Резолюция совместного заседания Общественного Координационного совета по защите семьи, детства и духовно-нравственных ценностей, Общественного Координационного совета по защите базовых культурных...
   Обращение участников Общественного Координационного совета в защиту базовых культурных ценностей Президенту РФ В.В. Путину...
Новое символическое, ритуальное цареубийство приведет к тому, что Господь накажет страну еще сильнее, чем за цареубийство первое. Накажет концом ее...
Один из соавторов и бывших продюсеров фильма «Матильда» Владислав Москалёв дал интервью изданию The Insider. По его словам, деньги на...
   На Кресте разбойник благоразумный был освобождён от всего имения, дома, семьи, чемоданов, страстей и самой жизни и узрел Христа...
Сальдо торгового баланса. Иностранные инвесторы уходят из России. Чистый отток капитала. Платежный баланс - это еще не все отражено. Чего...
Слово в день памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла В день памяти двух величайших избранников Божиих — святых первоверховных апостолов Петра...
   Журнал «Новораша, Звезда и … наша» (что переводится на инглиш как «Баблз»)» привёл список наиболее известных меценатов (по инглиш...
   Сатана любил Русь, а она его гнала – это обидно.
   Алишер Усманов заявил: - «Всё что творится в России, это не коррупция, а особая форма особо честного бизнеса».
Евангелие от Матфея 24:37:«Но как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человеческого».
22 февраля 1917 года Император Николай II выехал из Царского Села в Могилев, где находилась Ставка Верховного Главнокомандующего. Почти два...
   Кто самый известный православный святой? – это баба Ванга, она всё знала и предвидела. Это такая старая иудейская традиция...
   Царь зовёт на пир, а они не идут, сразу находят дела поважнее -  работа на себя.
   Авель пастух, у него нет вещей, их было бы невозможно тащить через пустыню. Есть палатка, которую кладут под седло...
Люди продолжают выбирать между Христом и свиньями Начало и конец сегодняшнего краткого, буквально из десяти строчек, Евангелия — об одном о том же: мы...

Чёрная Сотня

Яндекс.Метрика